Восхищенная толпа рукоплескала. Леди кланялась, даря улыбки, и под руку с подоспевшим к ней Трачитто скрылась в лавке.

Но вот покупки сделаны, обмен приветствиями тоже, все ждали, что же дальше. В лавке, как обычно, стояли столики, разносился запах кофе и пирожков.

Раздалась негромкая торжественная мелодия - бой невидимых часов, и тотчас же стена лавки двинулась, и перед гостями открылось просторное помещение, изображавшее старинную таверну. Сквозь цветные витражи окон лился свет, дробясь на кусочки, - образуя на полу пестрый ковер и раскрашивая лица гостей причудливыми бликами.

Гости хлынули туда, спешили занять места, шумели, хохотали. Пили пиво, приготовленное по старинным рецептам, обменивались репликами и остротами.

Вдруг отодвинулась следующая стена, и изумленная публика увидела большое, от потолка до пола, изображение Клеопатры и Антония. Оно в точности повторяло рисунок геммы, подаренной Трачитто леди Маргарет.

При виде этого зрелища леди Маргарет оборвала разговор на полуслове.

На сцене появился Морис. Зрители разразились аплодисментами. Он низко поклонился. Широкий алый плащ, накинутый на плечи, спускался до пола. Понятно -он будет петь под аккомпанемент старинной гитары - ведь она при нем. Морис дал возможность еще некоторое время полюбоваться собой, а затем, подняв руку, объявил, что расскажет историю геммы, изображение которой находится перед публикой.

Голос Мориса был так хорош, он пел с таким вдохновением, что совершенная тишина в зале позволяла голосу снижаться до едва слышных звуков.